Альтернатива

В стране, поддерживавшей Гитлера даже после его смерти и приведенной в чувство только в результате полного разгрома ее вооруженных сил и оккупации всей территории, вдруг почти не оказалось нацистов. То есть кто-то погиб в бою, кого-то казнили, кого-то посадили, кому-то удалось бежать, но все остальные оказались антифашистами. Миллионы, десятки миллионов антифашистов, молчаливых «борцов с режимом». Культурный шок, испытанный немцами после разоблачения преступлений нацизма оказался настолько велик, что они не могли, находясь в здравом уме и твердой памяти, признать, что поддерживали этот режим. Они сами себя убедили в том, что они пусть молча, но боролись, по крайней мере в душе. И даже миллионы фронтовиков, как выяснилось, «защищали Германию, но не Гитлера».

Лучше, конечно, будет, но очень нескоро, доживут не все. Может случиться и так, что вообще никак не будет — некому будет даже эпитафию человечеству составить. Вначале уцелевшим будет не до того, а затем они тоже кончатся. Но мы, как реалисты, будем исходить из того, что рано или поздно, возможно даже после нас, худшее пройдёт и настанут лучшие дни.

Обычно у нас рассуждают о том, возникает или не возникнет украинское правительство в изгнании, где оно будет располагаться, насколько полезным или бесполезным оно окажется для Запада, дорого или дёшево обойдётся его содержание. Но есть вещь похуже, чем правительство в изгнании. Каждый раз после проигрыша подобного рода войны «в изгнании» оказывались многочисленные боеспособные армии…

Расширение зоны конфликта с втягиванием новых стран, а также слияние различных формально не имеющих друг к другу отношения конфликтов в один должны вывести на авансцену тех, кто старается сталкиваться друг с другом, кто воюет против России руками Украины, а против США руками Ирана…

Украинский избиратель разделился на три большие части. Одни утверждают, что голосовать не за кого, поэтому они будут голосовать за Порошенко (как за зло, может и не меньшее, но известное, к которому приспособились), другие утверждают, что голосовать не за кого, поэтому они будут голосовать за Зеленского (пусть даже за Коломойского), как за зло, может быть и не меньшее, но ещё неизвестное (способное удивлять, принимать нестандартные решения, а главное веселить), третьи заявляют, что голосовать не за кого, поэтому они не будут голосовать ни за кого (чтобы сохранить девственность своей непорочной совести)

Бедная Европа — она сама вырастила, обучила, вооружила и приняла на своей территории новых варваров. Пока варваров кормили, они наглели не слишком — требовали от европейцев учить украинский язык и бандеровские кричалки. Сейчас наступает момент истины — бандеровцев кормить прекращают. Европа думает, что они после этого уедут. Но сами бандеровцы эту уверенность не разделяют. У них другие планы…

Люди ведут в социальных сетях баталии не на жизнь, а на смерть, при этом каждый уверен, что именно его взгляд в будущее патриотичен и обязательно будет реализован российской властью. Боюсь, что очень многих ждёт разочарование, поскольку власть оперирует не желаниями, а возможностями и руководствуется в своих решениях не эмоциями, а прагматикой…

Сужение пространства возможных решений в конечном итоге ведёт к коллапсу. Это аксиома — один из камней в фундаменте нашего мира. То есть рано или поздно, чучелом или тушкой, но Украина должна была прийти туда, куда она пришла, — к концу своего существования…

У официального и медийного Лондона странное представление о методах и традициях российских спецслужб. Судите сами 

Об Украине на этом всё. Она как рыба на крючке: ещё бьётся изо всех сил, но судьба рыбы быть зажаренной и её ничто не может изменить. Судьбу Украины тоже ничто не может изменить, поскольку США приняли решение не пытаться заключить компромиссный мир до президентских выборов, а поднять ставки и сделать из поражения на поле боя «победу» в собственных СМИ…

Сайт «Альтернатива» — издание специфическое. С тех пор, как лет пятнадцать назад я узнал о его существовании, и по сей день большую часть её читателей волнует украинская тематика. Она осталась для издания главной даже тогда, когда его редакция переместилась в Россию, а писать для него стали преимущественно российские граждане…

Обычно люди склонны приписывать другим свои мысли и желания. Вот, например, украинские «демократы»-евроинтеграторы взахлёб рассказывали как НКВД 10 миллионов украинцев выморило голодом, ещё десять расстреляло, следующие десять раскулачило и выслало в Сибирь, где они бесследно сгинули. Ну и последние десть миллионов заградотряды того же НКВД убили на фронте в спину из пулемётов, исключительно из садистских наклонностей 

Вопрос стоит ребром: мы или они. Они будут нас убивать, как убивают зомби, ради еды, а мы должны будем их убить, как убили бы зомби, ради жизни…

Враги не всегда врут. Например, утверждая, что в условиях государственного двуязычия украинский будет практически моментально маргинализован, а впоследствии и вытеснен русским языком, они говорят чистую правду. Уже нет советской власти, которая на бюджетные деньги организовала бы во всех школах Украины обязательное изучение украинского языка, а также «произведений» Яворивского, Драча, Павлычко и других. В условиях буржуазного общества финансироваться будет только то, на что есть спрос. Из двух государственных люди будут выбирать более конкурентоспособный (а это русский – сами националисты признают). Следовательно, государственный статус русского языка даёт нам мощное оружие дегалицизации Украины даже в условиях её формальной самостийности.

Среднестатистический человек чванлив. Потому что глуп. В своё время родители дома и государство в школе научили его, что в жизни надо чего-то добиться и затем гордиться этими достижениями…

Едва ли не сто процентов россиян, встретивших распад СССР в сознательном возрасте, доживших до наших дней и окопавшихся в социальных сетях, ныне уверены, что никогда не поддерживали распад единого государства, никогда не голосовали за Ельцина, всегда не доверяли Горбачёву, от рождения знали подлую сущность украинской души и т. д…

Если кому-то повезёт вернуться в русскость и спастись – буду рад. Если нет, как-нибудь переживу. Шок я пережил давно, ещё в 1993-1996 годах, когда с удивлением увидел с какой скоростью дерусифицировалось, даже не заметив этого, большинство русских, проживавших на Украине. С тех пор прошло больше 25 лет. Мы прожили жизнь. И большинство из тех, кого я знал, для меня давно чужие люди...

Ещё в 2014 году, когда я читал откровения популярных полевых командиров восставшего Донбасса, мне не давала покоя мысль, что они будут делать, если вдруг победят. Впрочем, именно их лозунги и наброски «прекрасного нового мира», который они хотели бы построить, заставляли предположить, что победить они не смогут...

Периодически я сталкиваюсь с попытками обосновать несогласие с моей позицией, заключающейся в том, что, по возможности, надо присоединить (областями) всю Украину, после чего заняться рерусификацией её дерусифицированных граждан. В основном мотивировка альтернативных предложений сводится к тому, что чем морочить себе голову со всякими бандеровцами, загоним-ка мы их на земли небогатые, лишённые промышленности, выходов к морю, полезных ископаемых и они, никому не нужные, там как-то либо сами помрут, либо приползут просить прощения…

Именно этим украинец отличается от малоросса. Малоросс – такой же русский. У него те же корни, те же привычки и та же история. Диалекты и узоры на вышитых рубахах отличаются в рамках традиции русского мира. Украинец – убийца, ради объедков с западного стола, убивший русского в себе и готовый убивать русских повсеместно до полного их искоренения…