Альтернатива

К сожалению, по мере развития украинского конфликта, патриотические силы России, чем дальше, тем больше дробятся. Деление уже преодолело барьеры мировоззренческих, а затем и партийных противоречий и начинает уверенно выходить на уровень отдельных сект. Если в начале двадцатого века российские социал-демократы целенаправленно двигались от кружковщины к партийности, то сегодня патриоты уверенно совершают вояж в диаметрально противоположном направлении.

Неонацизм «Свободы» – это тормоз развития нации и страны. Он не призывает к развитию и усовершенствованию. А признает то, что есть нормой. Ты украинец – и все, ты уже лучше всех. Не тебе нужно что-то с собой делать, чтобы жить лучше, а другие должны признать твое величие и поделиться с тобой. А если дураку все время говорить, что он – совершенство, что если он мочится себе в штаны и это норма, потому что он – украинец, то такое существо и останавливается в своем развитии...

Пока на вашей территории проживает значительное количество людей, которые считают, что Украина - это территориальное, а не этническое определение, до тех пор ваше государство существует на птичьих правах. К вам придут и скажут: если это государство, где живут русские, то зачем два президента, два парламента, два правительства, две армии и по два посольства. Дороже содержать, чем объединить. Вот откуда крики: мы - европейцы и хотим в ЕС, а вы - азиаты, дружите с Китаем. Мол, вы нам ментально чужды. Это логически обоснованная позиция. Любое украинское государство может существовать ТОЛЬКО как антироссийский проект. В России этого долгое время не понимали.

На Донбассе после пяти лет военного конфликта не произошло никаких принципиальных изменений. Гражданская война приняла вялотекущую форму: без наступательных операций, с регулярными обстрелами и гибелью людей с двух сторон

В России уже пару десятилетий не прекращается дискуссия о том, что делать с бывшими имперскими территориями, превратившимися в независимые государства: возвращать их силой или, наоборот, создать на границе непроходимый барьер, чтобы не допустить реинтеграции «нахлебников». Есть и третья теория: надо, мол, придумать для отпавших территорий некое заманчивое предложение, «показать им перспективу» и они сами к России потянутся…

В самом облсовете движуха: граждане прорываются, выламывают двери, ищут возможности зайти с тыла, а нацисты обороняются. Из окна над входом они поливают из гидранта (так же делали в Киеве, во время неудачной попытки освободить от нацистов столичный горсовет). В лагере диджей запускает «Священную войну». Граждане продолжают штурм, нацисты обороняются. В лагерь занесли уже первых раненных, у них все лица в крови. Подъезжают первые кареты скорой помощи. Нацисты обороняются жестко, бьют без разбору – потом Алексей, из штаба лагеря, рассказал, как набросились на его брата, медика, который оказывал помощь во время схватки – парню разбили голову, наложили восемь швов.

Геи, демократические журналисты, евроукры, российские оппозиционеры, а также Ургант и Собчак, конечно, могут не согласиться, но факты таковы: нынешняя Украина настолько омерзительна, что скрыть это от остального мира не могут даже самые её заклятые друзья из числа англосаксов...

Польша отдала банки, а энергетический сектор захватили национальные компании других государств, например, шведский Vatenfall. Ранее TP SA (Польский Телеком) перешел к французскому France Telecom. Подобное происходило в Африке. Все товары, экспортируемые из Европы или Америки, были значительно дороже. Я купил в Африке Фольксваген за 15 тыс. долларов, приехал в Берлин, смотрю - он стоит только 8 тыс. Сейчас также цены на промышленные товары в Польше значительно выше, в то время как зарплаты несравненно более низкие. В этом и заключается бизнес-интерес иностранных компаний. Если бы зарплаты, в соответствии с требованиями профсоюзов, были бы доведены до уровня зарплат за рубежом, то концерны переместились бы в Румынию, Болгарию, Беларусь, Китай, и даже в Африку.

Сколько бы ни говорили некоторые комментаторы, что «США могут напечатать сколько угодно долларов», это не соответствует действительности. И в какой-то момент потребление неизбежно должно будет прийти в соответствие с уровнем развития производительных сил. То есть просесть. Причём просесть существенно….

История заката эффективности армии США началась со Вьетнама.  Ветеран спецназа США Джон Уоллес, давший в 2012 году сенсационное интервью каналу FOX, заявил в прямом эфире, что если бы русские привезли во Вьетнам еще более современное оборудование и вооружение, то эта война стала бы для Америки более кровавой, чем Вторая Мировая. После этого, Уоллес еще в ходе целой серии интервью рассказывал массу интересных вещей. По словам ветерана американского спецназа, «американцы пришли во Вьетнам на прогулку, а уехали в гробах». Также Уоллес отмечал ненадежность американской техники и оружия в силу природных условий: высокой температуры и влажности

Окончательно победить Украину можно, только победив украинство. Победить украинство можно, только полностью отменив Украину. Чтобы отменить Украину полностью, необходимо не только занять её территорию и демонтировать все государственные и общественные структуры, но и в обязательном порядке обеспечить жёсткий внешний контроль любой местной власти, даже самой заслуженной и пророссийской…

Для кыян же украинская идеология стала единственным обоснованием их нового столичного статуса. Постепенно иезуитские формулы, типа «Раз страна, в которой мы живём, называется Украина, то и язык в ней должен быть украинский» начали приобретать в Киеве всё большую популярность. Процесс этот, на самом деле, по большей части носит бессознательный характер, то есть киевляне на самом деле не отдают себе отчёт в том, что они с готовностью продают своё первородство, свою природную русскость, свой город-герой за миску чечевичной похлёбки украинства. Это носит, скорее, стадный характер массового сознания.

Регионалы хором кричат, что вор должен сидеть в тюрьме, а закон не должен применяться избирательно! Правильно. Но если эти два принципа поставить во главу угла деятельности нашей правоохранительной и судебной системы, то сесть на длительный срок в тюрьму с конфискацией имущества должна не только Юлия Тимошенко, а ВСЕ те, кто с августа 1991 года занимал государственные посты и принимал государственные решения, превратившие УССР за двадцать лет в руины. А если сажать по закону ещё и за «распил» экономических активов страны, а также иных материальных благ, то есть - за откровенный грабёж под прикрытием служебного положения, то в зону уйдут на долгие срока сотни тысяч государственных чиновников всех уровней, от президентов и премьер-министров, до председателей сельских советов, которые находились при власти в промежутке между августом 1991 и октябрём 2011 года.

И хотя сторонники русского движения не были врагами монархии Габсбургов, украинофилы смотрели на них как на своих врагов, потому что политическое украинофильское движение в Галиции для того и было создано, чтобы искоренить в сознании русинов идею русского единства. Обвинения “москвофилов” в государственной измене, в шпионаже в пользу России, на протяжении десятков лет не сходили со страниц украинофильских изданий.

Путин: кредитом и снижением газовой цены Россия поддерживает народ Украины, а не правительство.

Между Москвой и Вашингтоном идет война чужими руками, на чужой территории и, преимущественно за чужой счет. Кто вложит в борьбу меньше собственных ресурсов и заставит больше вложить оппонента, то и победит. Пока что больше вкладывают США, но они не оставляют надежды переломить ситуацию и заставить Россию платить больше – об этом не скрываясь говорят в Вашингтоне на всех уровнях. А наши алармисты-дублоны, мечтающие заработать на радикализации общества и милитаризации государственной политики, являются объективными союзниками Вашингтона – пятой колонной куда более опасной, чем все либералы и националисты вместе взятые.

В последний год, в связи с выступлениями озабоченных граждан в Екатринбурге (по поводу храма и сквера) и в Москве (сами не знают по поводу чего) столкнулся с логическим парадоксом, преследующим вполне лояльных и благонамеренных людей. С одной стороны они в большинстве своём согласны, что майдана в России не будет. Не будет при этой власти, поскольку народ уверен, что она не задумается устроить майдану Тяньаньмень. О том, что будет при следующей власти думать бесполезно, поскольку она может быть вполне адекватной (и следующая за ней тоже), но рано или поздно любой, самый совершенный механизм преемственности даёт сбой. Так что рано или поздно России, как и любому другому государству суждено пережить кризис

За последние пять лет ситуация с сепаратистскими настроениями в Закарпатье заметно обострилась: Будапешт начал активную политику паспортизации этнических венгров, проживающих в Украине, а подкарпатские русины требуют признания права своей нации на самоопределение. С точки зрения официального Киева подобные «центробежные» силы нарушают украинское законодательство и являются чистой воды сепаратизмом. С точки зрения этнических меньшинств — их требования законны, справедливы и исторически обоснованы.

Именно приоритетами промышленной политики были продиктованы наши действия по созданию крупных госкорпораций и вертикально-интегрированных холдингов — от «Ростехнологий» и «Росатома» до Объединенной авиастроительной корпорации и Объединенной судостроительной корпорации. Цель была — остановить развал интеллектуальных отраслей нашей промышленности, сохранить научный и производственный потенциал за счет консолидации ресурсов и централизации управления. Эта цель может считаться достигнутой. Мы должны были собрать формально принадлежавшие государству разрозненно управляемые активы, зачастую потерявшие связь с научными и конструкторскими центрами. Итогом реализации стратегий отраслевых холдингов должно стать создание глобально конкурентоспособных корпораций, высококапитализированных, нашедших и расширяющих свое место на мировом рынке.

На Украине говорят о первом майдане, втором майдане, будущем майдане, несостоявшемся майдане (акция «Украина без Кучмы»). Политики, политологи, журналисты, уже даже учёные историки (если таковыми можно назвать людей представляющих украинскую историческую науку) дискутируют о количестве майданов в истории «европейской нации» их правильной периодизации и всемирно-историческом значении